Её любимый чай

Её любимый чай Пляжный сезон за границей был в самом разгаре, отдых неумолимо восстанавливал организм. Налившееся здоровьем бронзовое тело устало от лежания на пляже и требовало новых занятий, тешущих мужское самолюбие. На парашюте за катером полетал, на надувном банане по волнам покатался, то есть и твердь земную, и небо, и поверхность моря познал. Что оставалось? Оставались глубины морские. Тогда я и отправился к в дайвинг-центр к иностранному инструктору. Он оказался располагающим к себе опытным специалистом, говорившем на моём языке почти так же хорошо, как я на его. Незадолго за меня подошёл и ещё один русский парень, так что с учётом стоимости курса подходящая для обучения группа считай собралась. Теоретические занятия заняли немного времени. Вскоре, облачив неопреновые костюмы под портретом самого Жак-Ив Кусто, мы уже совершили первые погружения. За несколько дней усиленных занятий изучили приёмы, команды, нестандартные ситуации, обменялись впечатлениями. После за короткое время сдали экзамены на квалификацию Open Water Diver, днями позже на Advanced Open Water Diver и друг улетел в Кировск. А я остался на свободные погружения, к тому времени уже крепко подружившись с инструктором,.. …иначе он не разрешил бы мне наконец уходить под воду одному. Хотя это абсолютно запрещено правилами «нашей федерации», как я называю PADI, старательной учёбой, беспрекословным послушанием и многими погружениями я завоевал его доверие. Обзавёлся своими ботами, костюмом, кинжалом и перчатками, быстро натягивал неопрен, проверял и соединял акваланг и бутылку, правильно цеплял тяжести. Нож держал строго по правилам - на внутренней стороне голени левой ноги. Инструктор проверял и наконец хлопал по плечу – ну, давай, вперёд… вниз! А погружаться одному очень интересно. Уравновесишься на небольшой глубине, а потом уходишь ниже на 8-9 метров, плавно перемещаясь над самым дном моря. Собираешь с камней мидии, которые сам же и приготовишь вечером, находишь красивых больших рапанов и тут же освобождаешь их от панцирей. Двумя пальцами одной руки без труда ловишь рыбу-иглу. Эти рыбы настолько странные, практически не пытаются вырваться. Возьмёшь её, засунешь между предплечьем и рукавом водолазной куртки, так она и перемещается с тобой. Иногда я уходил в море с обыкновенной бутылкой воздуха, сжатого до 60 атмосфер, но случалось, мне давали и большую, 80-атмосферную. Тогда я не появлялся на поверхности гораздо более часа, уже начиная замерзать в довольно тёплой, но всё равно холодной относительно температуры тела глубинной воде. Как только давление падало до 20 атмосфер, возвращался на берег – такое правило. В возвращении был очень привлекательный элемент самостоятельного подводного путешествия. Я подплывал к пляжу предельно близко: сначала под плавающими на надувных матрацах, затем ниже пловцов, семенящих ногами, потом мимо других ног, уже стоящих на песке… И неожиданно для всех внезапно вставал в полный рост на совсем небольшой глубине, словно возникая из пены набегающих на берег волн. Представляете тех, кто уже забыл о давно ушедшем под воду человеке, или тех, кто пришёл позже – перед ними внезапно появляется высокий и чёрный, красиво и сложно оснащённый аквалангист. Он устало снимает ласты и казалось бы совершенно не обращает внимания на происходящее вокруг, всем своим внешним видом показывая, что это - трудно, но – надо!.. Уходить под воду и возвращаться... Нагрудные карманы-сетки жилетки оттопырены рапанами, из рукавов торчат несколько извивающихся рыб-змей, в руке сетка с отборными мидиями, рукоятка кинжала ещё не застёгнута ремнём. Он выливает воду из ласт и медленно и тяжело идёт по песку, казалось бы, не замечая, что к нему прикованы глаза половины пляжа… Но он замечал! И семенящих рядом детей, и нарочИто рассеянно смотревших в его сторону мужчин, и украдкой поглядывающих девушек… Вот так однажды я и заметил Её. Сидя в шезлонге, она удерживала за ручку рвавшегося ко мне и недовольствовавшего запретом мальчугана, что-то без конца повторявшего на немецком языке. Проходя совсем рядом, как бы очнувшись от внутренней задумчивости, я поднял на них глаза, словно что-то внезапно вспомнил, остановился и со словами «Битте фройляйн» протянул ей и мальцу красивых рапанов. К своему удивлению, она ответила на чистом русском языке «Спасибо!» и, улыбнувшись, спросила - «А откуда Вы приплыли?» Познакомившись, мы договорились продолжить разговор через полчаса, нужные мне мне для мытья и укладки водолазного снаряжения, душа, переодевания и моральной подготовки. И уже в разговоре в прибрежном кафе выяснилось, что она тоже из Москвы, свободна, как и я, а ребёнок был немецкой супружеской пары, попросившей буквально несколько минут за ним присмотреть. Со следующего дня мы уже плавали втроём с инструктором, а «Яичный чай», которым я угостил её в день знакомства, долго оставался нашим любимым – впечатлил даже больше свежеприготовленных мидий. Прошло немало счастливых лет совместной жизни, подводное плавание мы подзабросили и встали на горные лыжи, На склоне нет любимого напитка, теперь в её маленькой поясной фляжке «Метакса», в моей - «Грантс». И накопилось ещё столько интересных историй, что их хватило бы наверное на целую книгу... Постараюсь постепенно припомнить в следующих рецептах.