Закуска падших ангелов союз рыжих

Толстопальцеские чудеса. И налетел студёный Февраль. Нагнал пурги. Подпёр сугробами двери домов, и запер мирян, чтобы не мешались. Треснул морозцем по стёклам. Глянул в окна - и увидел, как живут простые люди. Понял, что простые живут плохо, и перестал пугать. Всю ночь трудился. И шил, и ткал, и вырезал, чтобы отвлечь их от прожиточных минимумов. Налепил играючи снежных шапок, ледяными подвесками украсил. А как засверкали ледышки самоцветами, напялил их на печные трубы. Потехи ради. По утру стихла метель, и вышли миряне. Глядь, а вокруг краса неземная. На крышах домов - покрывала с хрустальной бахромой. На копчёных печных трубах – шапки боярские. А поля бесхозные, что сокровищницы – бриллиантами сияют. Бери - не хочу. «А что с неё взять, с красоты-то?» - подумали селяне и разошлись восвояси. У каждого своё чудо припрятано. Им и дивились. Дед Толян - доброте Анны Ильиничны. Анна Ильинична – градусу текилы из домашних кактусов. Кролевод Дима – треухому крольчонку, от которого соседи со смеху дохли. Художник Мирон Сергеич - новому вИдению своей картины «Купание красной кобылы прапорщиком Еблонским». Учитель физкультуры Семён - «Домбайскому футболу». Игумен Павел – пребывал в полном изумлении с Рождества Христова. В поисках пропавшего звонаря. Продавщица Машка - письму, присланному ей из Сингапура от госпожи Мерси. Та почему-то называла её Ваша милость, и предлагала дружить домами. Я тоже удивилась местному чуду. Приезду генерала Вадика. Надо сказать, в нашем Толстопальцево – генералов завались. Как ракитника. Рекорды бьём по количеству генералов на 1 кв. м. Куда не кинь собачий мячик, обязательно попадёшь в ракитный куст с генералом, бравшим Дворец Амина со товарищами. Наш был шабутным, неправильным, но настоящим. Любителем природных аномалий и правильных людей. Вадик притягивал к себе дурные события, падших ангелов и диких баб. Генерал ворвался в сени, занося с собой запах сигар, коньяка и немецкого парфюма. Февральская поездка «по делам» принесла ему не только впечатления, но и ещё много чего. Потому, как приехал он не один, а с очередной спутницей этих самых впечатлений. «Знакомьтесь – Роза Ароновна. С Набережной без Челнов» - пропел Вадик. И пока из пакетов извлекались гостинцы, откупорил коньячок, нарезал лимончик и разложил по тарелочкам балычок. Запах голубой сырной плесени повис над рассказом. «Так вот, господа, приезжаю я «по делам» в славный город на Каме. И что я вижу? Встречает меня Арон Иваныч, ну, помните Рыжего - он ещё в Питере в 90-х продавал диссертации. Честно выживал». Мы кивнули, будто помнили. «Приезжаем в НИИ, а у них там на деревьях – белки рыжие, евреи в НИИ - рыжие. Шапки у евреев рыжие. Жёны тоже рыжие. Шубы у жён - и те рыжие. Я в шоке – думал глюк поймал не жрамши. А Арон мне говорит: «Поработаешь с нами – тоже рыжим станешь». Генерал заржал полковой лошадью. «Папа, дай мне китайский словарик, а то мама ещё чего-нибудь придумает…» - сказала Роза Ароновна. Сняла шапку и рыжие волны волосы разлились по розовой кофточке. Февраль был в восторге от казарменных шуток. Запорошил. Завьюжил. Засвистел. Тем временем Роза Ароновна стукнула себя по лбу, и вытащила из пакета забытое. Оно поразило не сочетаемыми на первый взгляд продуктами. И попросила у меня только две вещи: оливковое масло и тарелочку. Быстренько всё нарезала, посыпала, полила, оформила. И божественная закуска продефилировала на стол. Генерал разлил коньячок и произнес тост: «Хочу выпить, господа, за прекрасный город Роз и Аронов. За создателей этой фирменной закуси для падших ангелов в стенах уважаемого НИИ. И за хозяев стола, умеющих ценить всех». И мы отведали новое блюдо с интересным названием «Союз рыжих». Вопросов к генералу осталось много. Но мы их оставили на потом. А пока мы сидим за столом, говорим о хорошем, пьём за февральский праздник: «За день всех влюбленных». Мети, шали, февраль. А мы желаем всем счастья и радости. И приглашаем всех за наш стол у камина, где ярко горят березовые поленья. Ещё не вечер, и на каминных часах только восемь часов вечера. Выпейте с нами. И отведайте закусочку «Союз рыжих».