Сыр бордо от генерала димы

Сюрприз для генерала. Бард пел про войну и Родину. И вместе со струнами перебирал душу. Он выстраивал в ней свои тона и интервалы. Размеры и тональности. Со всеми минорами и мажорами. С бекарами, диезами и бемолями… Но вмешался оркестр. Развил тему и всё испортил. Бард отпустил на волю, и я услышала звонок телефона. И голос генерала Димы Долина. Надо сказать, что Дима всегда выглядел моложаво, в компаниях вёл себя по-пацански и был очень похож на артиста Олега Меньшикова. Дима учился вместе с мужем на офицера, а потом взлетел. Высоко. Хрен знает куда. А муж не взлетел. И всё же друзьями они остались. Диме стукнул юбилей и призвал к боевым действиям. Он подумал и позвонил нам. Дабы пригласить. А заодно и правду узнать. О ресторанах и артистах. Я предложила традиционный набор. Генеральский ресторан с «Песнярами» в придачу. Типа, прикол такой. По беспределу все знают, что никакие это не Песняры, но делают вид, что, мол да, именно Песняры. Песни те же, а вокалисты из нового состава. Короче, генерал подумал и тонко намекнул, что ему бы кого погаже. А ресторан, наоборот, - получше. Это удивило и заставило плохо подумать. В итоге был выбран Ленинградский зал ресторана «Националь» с видом на Кремль. И музыкант. Участник известной группы. Петь ему запретили. Только играть, пока гости кушают. Почему, стало известно позже, но вопрос был решён. Теперь стоял другой вопрос – что дарить. У генерала есть всё…., и сын - владелец всего. Тогда решили подарить «сюрприз». И вот, мы в Национале. Дима арендовал зал целиком. Со всеми смежными помещениями. Был и шведский стол с выпивкой, и таблички на столиках, и море гостей. Море это кипело, поздравляло и радовалось. Комната для подарков ждала, распахнув двери, как объятия. Но нам была без надобности. Мы подарили юбиляру охапку белых пионов. И всё. «Пока…всё» - подмигнул юбиляру муж. Праздник начался ровно в означенный час. Никого не ждали. Был сказан первый тост и выпит первый бокал. Потом съеден первый салатик. Положен в рот первый ломтик севрюжки. С лимончиком. Первая ложечка икорочки. А также балычок и заливной судачок. И, наконец, первый кусочек селёдочки под первую рюмочки водочки, в придачу с первым веером вкусной колбаски. Вышколенные официанты всё время подливали спиртное и, при виде окурка, наказывали пепельницу. Удаляя её со стола. В секунды. Первые тосты были сказаны. Сытые гости отпали. На спинки стульев. В зале стоял гул от праздных разговоров. Пауза затянулась. Я же размышляла: «О чем ты думал, Дима, когда отказался от тамады». Но тут в центр зала с микрофонами вышел генерал с сыном Петей. И объявил праздничную программу. Честно говоря, от юбиляра я такого не ожидала. И понеслось веселье! Тосты и анекдоты не утихали. А, главное, - как они пели!!! Сын и отец. Пели под гитару и фонограмму. Пели дуэтом и соло. Лёгкими тенорами. Душевно и чисто. Пели романсы, песни военных лет. Пели Есенина, Окуджаву и Визбора. В паузах приглашали танцевать и сами танцевали ритмично и красиво. И снова шутили, балагурили, и немного грустили. Погоны не жали, положение не обязывало, и гости отрывались, как могли. Тем временем наши соседи по столу задерживались. В аэропорту. Места напротив табличек пустовали второй час. Опоздавшими были - зам.министра здравоохранения. С супругой. Генерал Дима прописал им «штрафные», и «штрафники» нас быстро «догнали». А ещё через час мы были на «ты», и чиновник Минздрава Боря уже хвалился своей фермой. И собачьим питомником. У нас тоже была овчарка, и мы на эту тему запали. Но ненадолго. Пришло время для нашего «сюрприза». И мы его сделали – пригласили цирковых. И вот. В зал ворвалась «Восточная иллюзия». Музыка оглушила тайной, и все притихли. В свете софитов появился бедуин с факелами. И девушка-наложница. Она была в золотых шароварах и в нагруднике из монист. Лицо было скрыто под тонкой вуалью. Её бёдра ритмично покачивались в ритме «Танца живота». Завороженные гости, как под гипнозом, смотрели на танцы. И на игры с огнём. Потом в руках бедуина оказался серебряный мешок. Он поставил его на пол, а девушка дёрнула шнурочек. Мешок внезапно раскрылся, и в луче прожектора появился огромный 8-ми метровый питон. Его голова была нацелена в зал. Гости, переворачивая стулья, с визгом бросились вон. В конец зала. Но любопытство остановило. Дальше смотрели «цирковых» с восторгом. Но издали. По окончании 20-ти минутного выступления наша «Восточная иллюзия» взорвала зал. И накрыла аплодисментами. Больше всех хлопали генеральские внуки. Весь вечер Дима подходил к нам и благодарил за сюрприз. Я, как Раневская в «Золушке», считала знаки внимания…и поцелуйчики. В ручку. Снова подали меню. Выбрать было сложно. Глаза разбежались без надежды на возвращение. И «Утка по-пекински», и морские жульены в ракушках. И эдельвейсы в лунной карамели. Мы ели, пили, танцевали, любовались видом на Кремль из огромных окон. И опять ели и пили, болтали и танцевали с Минздравом. Боря 100 раз умудрился отдавить мне ноги. Муж тоже пострадал. От белых танцев и новых туфель. Поэтому остаток вечера мы хромали в одну сторону. Как ходики. И было смешно и приятно, что Димка про нас не забыл. Под занавес он спел свою любимую. Генерал пел про войну и Родину. Не было оркестра, и никто не мешал ни секундам, ни терциям, ни минорам с бемолями. Кроме официантов, у которых работа такая – наполнять пустые бокалы. Так приказал хулиганский генерал Дима... Я слушала и внезапно вспомнила давнюю историю. Как-то в 80-х годах полковник Долин вернулся с Дальнего Востока. С дарами. Привёз к майским праздникам подарок. «Закусочный». Литровую банку красной икры и сыр в кровавой заливке. Икру он назвал закуской для «красных», а сыр, названный «Бордо» - для белых. Икра была величиной с вишню, а кубики сыра плавали в тёмно-красном масле вместе с тонкими лепестками свёклы и ещё чего-то. Всё это мы поставили на праздничный стол. Позвали друзей и пировали 3 дня, закусывая вкуснятиной. Гигантскую икру и этот сыр я запомнила на всю жизнь. О рецепте сыра тогда не спросила. А потом забыла. Когда песня кончилась, я решила догнать прошлое. Конечно, Димка, тоже всё подзабыл. Благо оказались рядом его домочадцы. Они, поняли, о чём речь, и рецептик на салфеточке написали. Оказалось, что сыр не с Дальнего Востока, а из Одессы от тёти Мары. Вот он.