Лунатики от толстопальцевских бабушек

Шла последняя неделя поста.

Пожилые одноклассники тоже шли. Из церкви. Как, бывало, из школы, огрёбши двоек.

На прошлой службе батюшка особо наказал блюсти тело и душу.

И они блюли. Как могли. И боялись. Как когда-то боялись классного руководителя Клару Октябриновну. Дочь немецких патриотов..

Когда, давече, отец Вадим спросил мирян:

- Постились ли, чада?

Старики дружно, по-пионерски, ответили:

- Постились, отче.

 Соврали, конечно.

Но грех-то - не смертный. С ним жить можно. Главное, потом покаяться.

Теперь они шли молча.

Пока дороги их не разошлись.     

Юрка Раздамбай пошел есть приготовленные женой хытчины. Тётка Поля  -  печь куличи. А дед Кастет - к соседу. На поговорить.

Одна бабка Шура шла просветленной в никуда. Пока не увидела вещь…

Вау! – обрадовалась старушонка и вынула из снежной жижи кошелёк. Взломала молнию, как хакер базу ЦРУ. Двумя пальцами. Но кошелёк выпал из рук, как Берлусконе из политики.

И показал фигу. С похабной татуировкой «накось, выкуси!».

- Вот, б-дь! Пустой, паскуда, - расстроилась набожная мирянка и пнула его обратно в жижу,

- Только руки изгадила, прости Господи.

Задрала подол. И вытерла пальцы об изнанку «не пойми чего». «Не  пойми чего» было куплено в секонд-хэнде. Ещё в 95-ом. И сноса давности не имело. А на ярлычке трофея до сих пор не поблекло made in Англия.

Тем временем Юрка Раздамбай распечатал первую бутылку. Умял со сковороды две дюжины хытчинов. И, икнув на прощанье первой, понял что наелся. Даже объелся. А по правде, нажрался до смерти. На всю свою раздамбайскую жизнь. А интересной жизнь   была только там. На Дамбае. Где он работал банщиком и массажистом, а жена-кабардинка в кафе. И какие только тузы и знаменитости туда, в баню, к нему не наезжали.

Но Юрка-то трезвым никогда не был. Даже тогда, когда похищал из аула свою ненаглядную Марьям. Поэтому и помнил теперь не их лица. А отдельные части тела. То есть, только жопы и помнил. Эх, подлая профессия, снова икнул Юрка и вслух сказал:

- Жизнь удалась, а вспомнить нечего. И Марьям ушла. Правда, еду всё-таки готовит. Но, ведь, ушла…

Разве вслух такое расскажешь. А не вслух - тем более. И Юрка тихо завыл:

- Прости меня, Господи!

Завыла и Каштанка. Большая умница и мечта всех толстопальцевских кобелей.

Меж тем Полина Тимофеевна Вяземская продолжила битву с памятью. Бабка потеряла тесто. Для куличей. Ещё до похода в церковь. Поставила и забыла куда. А какое тесто было! Не хрен собачий. А настоящее, сдобное, как раньше делали. На 16 желтках. И где только ни искала. Даже в шкафу. Чудеса и только.

- Спёрли, - решила старая дева. И поверила.

Выглянула в окно. Увидела за околицей деда Кастета. И гадкое вонзилось в душу:

- Нюркины проделки! Тесто сперла, испекла и концы в воду.

А Дед Кастет с соседом Димкой уже обсуждали сторублевую прибавку к пенсии. И было видно, как сосед режет на куски кулич.

- Угощает подлец. Вот, нехристи. Не осветя до Пасхи, жруть.

Бабка взяла бинокль, и увидела, что кулич внутри жёлтый и изюм большой. Уж, она-то этот изюм сама выбирала. И даже торговалась. Вон, и ванилью пахнет. Даже через бинокль.

Димка налил деду чай. И тот сразу понял: тема  - говно. Надкусил кулич и покосился на чашку:

- Да, уж. Лучше эту тему - к лешей матери, прости Господи. А кулич у тебя хорош. Молодец Нюрка. Славный кулич.

- Так на 16-ти желтках делали, по рецепту тёти Поли.

Тем временем Полина Тимофеевна встала на диван. Открыла форточку. Оперлась коленом о подушку и заголосила:

- Ворю-ю-юги! Отдайте кулич. В ОМОН позвоню!

Но тут колено вместе с хозяйкой поехало  вниз и погрузилось в тёплую ароматную субстанцию.

- Тесто??? - спросила старушка, вылезая из белой трясины пасхальной затеи.

- Тесто, тесто, -  ответило тесто и надуло пузырь. И  старушка вспомнила, что сунула его под подушку. Типа, для скорости поднятия.

- Спасибо те, Господи, что никто напраслины не услышал, - обрадовалась Полина Матвеевна.

Вот такие они,  толстопальцевские старики. В церковь ходят, у Господа прощенья просят, Бога всуе поминают, а  сдобы знатные  выпекают.

В  Толстопальцево почти на каждом дворе держат кур. Ещё бы, когда своя земелька. А курятник построить дело плёвое. Потому  яиц для выпечки не жалеют. И вот, что интересно. Не просто на яйцах пекут, а именно на желтках. И вот вам рецепт  «Лунатиков» от наших толстопальцевских бабушек.  Почему «Лунатики»? А потому что

бабушки с молодости пекли это лакомство для своих суженных. И ели их под луной, аж, до первых петухов. И наесться не могли. Вот до чего вкусны были эти сдобы.