Колбаски с язмой по татарски

Братеевские хроники. продолжение Итак, в прошлый раз я писала, как из сотрудников нашего магазина сложилась команда, как ловко торговала эта команда с машины, и так же ловко топила просроченные консервы в Москве-реке, вызвав тем самым «катастрофу» в глазах местных экологов, и восторг у рыбаков, бомжей, «пионэров» и пенсионеров… Пережив страшные события с мурманскими поставщиками, мы привели в порядок изгаженный пресервами паркет, и взяли на работу коммерческого директора. Вовку Губирова из Братеево. И были от него в восторге. Классический татарин, шутник и балагур, он очень быстро поставил работу. У него было главное. Хватка и чутьё. И ещё авторитет – его слушались. Но наше везенье было бы не полным, если бы жена Вовки не работала в нашем продажном муниципалитете. И тут всё сошлось и съехалось. Теперь разрешения на торговлю нам давали без проблем. Правда, за те же взятки, но всё-таки давали. Но неожиданно, без объяснения причин, уволилась из магазина наша лучшая продавщица Оля. Мы стали выяснять почему, потянули за ниточку и выявили преступный сговор. Скоро Губиров поймал с поличным всю сплочённую команду. Обман же был прост, как мир – ребята делали свою наценку и продавали товар по липовым накладным. Ольга выезжала с ними и заполняла чистые бланки накладных с печатью, которые мы выдавали им на полном доверии. Потом Ольга испугалась разоблачения. А попросту её замучила совесть. Мы предложили ей вернуться, но она отказалась. С афганцем Юрой нам пришлось также проститься. Разогнав бывших, Вовка Губиров быстро набрал новых продавцов, все выезды взял под личный контроль. И склад тоже замкнул на себе. От поставщиков не было отбоя. Они выстраивались в очередь, а Вовка лихо ими дирижировал. Мы теперь спокойно отбивали долги и платили зарплату и аренду. Вовка получал оклад, свой процент от всех продаж и был доволен. Но через 2 месяца грянуло новое. Перед выходными мы закупили машину пива по низкой цене. До окончания срока годности оставалось 4 дня, и продать его труда не составляло. И тут Губиров дал маху. В пятницу, по словам нашего татарина, он уехал к своей легендарной Тётке Фаине, в честь которой была написана «ФаИна – ФаинА». И попал в тёплую компанию нанайцев. Дальше ничего не помнит. Тётка с трудом его отыскала, привела в чувства, посадила в машину и вернула только в понедельник. Все ключи от решёток склада были у него, торговля на три дня остановилась, и пиво мы не продали. А дальше было вот что. Жена из муниципалитета после рокового выезда разрешения на продажу пива не дала. И в понедельник у ближайшего метро, заплатив взятку ментам, мы продали только пол машины. Было жарко, и к вечеру, когда наш Вова решил открыть бутылочку, оказалось, что пиво скисло. Мы дали приказ слить пойло в унитаз - лично Губирову. 1000 бутылок, а точнее 50 ящиков пива стояло воле туалета и ждало своей участи. И тут началось. Вовка сел на стул возле унитаза с открывалкой в руке и начал хмуро сливать пиво. И вот к этой туалетной двери возле витрины потянулись зеваки. А Вовка, скрепя зубами и подсчитывая убытки, за которые ему придется платить, продолжал сливать пиво. И всё это на глазах у покупателей. Народ одурел от увиденного и смотрел на нас, как на инквизиторов. С ужасом. И тут население предложило Вовке помощь в сливании, но только не в унитаз, а в бидоны и банки. Он посмотрел на нас. И мы увидели в его глазах раскаянье, какое бывает только у испуганных детей и погоревших коммерсантов. Это было раскаянье за себя, за жену, и за всё татаро-монгольское иго, вместе с Великой Ордой. Мы сжалились над нашим директором и разрешили населению оказать ему помощь в сливе. И потекла очередь, что Москва – река. Все тащили из дома тару и очень аккуратно сливали просроченное пиво. Бабки говорили, что для пирогов. А мужики ничего не говорили. Только благодарили и возвращались за добавкой, а потом под руководством ожившего Губирова , бутылочки все помыли и по ящичкам расставили. И пробочки ни одной не оставили. А старушки и пол промыли. Ну, блеск и чистота! Долго ещё из окна доносилось: «А что дают?», - Да дрожжи дают!, - кричали бабки, и соблюдая конспирацию, добавляли – «жидкие». Сказали, что помощь от муниципалитета. Но это не конец истории про Честного татарина. Я ещё не рассказала про его кулинарные способности. Они проявляли себе в зависимости от того, чем мы торговали. Так, однажды мы завезли купаты и котлеты с Микояновского завода в новую столовую, где был отдел кулинарии. К тому времени мы уже открыли настоящую столовую при братеевской поликлинике. И Володя придумал готовить там из купат особую еду колбаски с язмой по-татарски. Этот рецепт понравился персоналу поликлиники и, благодаря Губирову, мы включили его в основное меню столовой. Итак, у нас появилось вкуснейшее блюдо, очень простое в приготовлении. Колбаски с язмой, которое мы позже стали украшать помидорами и приправлять лечо, что сделало это блюдо фирменным. И вскоре в поликлинику стали ходить не только персонал и больные, но и другие лица. Но о них позже. А пока прошу пройти и посмотреть, как оно делается. Продолжение следует.