Жаркое шок

Просто Мария. Мара- Купорос до определенного времени была просто Марией. И другом моего театра. А познакомились мы с ней в другом театре, только что начавшим свой взлёт. Теперь уже известным. В то время что-то у главрежа не заладилось, и показ срывался. А ждали комиссию. Ну, Мария и попросила меня показать свой спектакль. Я выручила и показала. Обмана не заметили, и всё обошлось. Спектакль понравился и получил хорошую оценку. С тех пор и до сегодняшнего дня главреж всегда делает вид, что мы не знакомы. Так завязалась наша дружба с Марией. Венгерка по маме, она жила на Тверской, рядом с Пугачёвой и Джуной. И, как ни странно, каким-то образом была с обеими знакома. Зная Мару, и её уникальные связи, можно предположить, что у этих знаменитых женщин были дела, которые без Мары не решались. Но видно и с Марой не решились, потому что вскоре, от дома ей было отказано, причём, в грубой форме… Надо сказать, что Марию в Москве знали многие, благодаря ещё и маминым связям. Так, ныне покойная директор Дома Кино Маргарита Александровна Эскина относилась к ней сердечно и с пониманием. Она никогда не отказывала ей в просьбах о встрече. Этим пользовались, просили у Марии помощи и быстро про неё забывали. Но вот, грянули 90-е. Народ отхлынул от театров и ринулся в коммерцию. Учителя, инженеры, военные нырнули с головой в пучину посредничества. Мой театр развалился, и я пополнила ряды одуревшей от перемен и нищеты интеллигенции. Все всё продавали. Сделки – стали смыслом жизни. От макарон и компьютеров, до противогазов и танков. Всё продавалось. Но виртуально. От прямых заказчиков до прямых продавцов выстраивалась целая цепочка посредников. Ещё вчера вменяемые, люди подсчитывали на китайских калькуляторах свои предполагаемые баснословные барыши. А, когда среди ночи кто-то звонил и сообщал, что заказчик исчез, их глаза загорались недобрым блеском. Что потом было? Мир в одночасье рухнул. «Я разорён!», - орал не состоявшийся миллионер и бежал на кухню трескать борщ, снимая этим стресс. «Как же так?» - вертелось у него в голове, - я уже подсчитал свои миллионы в долларовом эквиваленте, я уже переругался с домашними, на что их потратить, а тут – облом!». И, заев досаду, садился дозваниваться другим посредникам. Своими глазами видела полковников и кандидатов математических наук, которые, сидя в своей раздолбанной «копейке», посчитав свой посреднический миллион долларов, всерьёз говорили: «Ну, что ж, это мне подходит!». Москва сходила с ума. Сходила с ума и Мария. Она звонила мне круглосуточно. Продавая и покупая КАМАЗы, красную ртуть, и яды кобры. Но всё – мимо. Лучше всего у неё получилось с лесом. Венгерский язык, которым владела Мара, пригодился. В Венгрии, где у них с мамой была квартира, наладились связи. И она устроилась в русско-венгерскую фирму переводчицей. Фирма принадлежала Александру Соломонычу со странной фамилией Верх. Родом из Одессы, квартиры своей в Москве он не имел и снимал два номера в гостинице Россия. В Маре души не чаял и использовал спокойно все её связи в области леса. А Марии в обмен на это обещал горы золотые. Мара поверила и зарплаты, по просьбе шефа, не получала. Лозунг у него был такой – «всё в оборот!». Александр Соломоныч перевёл Марию на бесплатное довольствие и погнал лес за границу. В итоге у него всё наладилось, и от Мары решили отказаться. Но, не тут то было. На одной из сделок Мара так перевела текст, что у Верха начались крупные неприятности, и фирма оказалась на гране краха. А Мара, с чувством полного удовлетворения, покинула компанию без копейки выплаченных денег, но с новым контрактом в кармане. За время Маркиных странствий по волнам международного бизнеса, я уже успела второй раз выйти замуж, и открыть с мужем фирму. Узнав об этом, Мария тряхнула связями и для наших магазинов привезли фуру с венгерскими ликёрами, причём, на реализацию. И вот, однажды Мара позвонила и попросила срочной помощи: «Ребята, срочно! Мне нужен купорос». «Какой?»,- спросил муж. «Да, медный. Медный купорос» - быстро прокричала Мара. «Найдём, пока доедешь, уже найдём!». Муж быстро оживил связи. И поставщики нашлись. Причём, по очень хорошей цене. Приехала Мара. Разделась. И спросила: «Где?». «Ну, ты даешь! У поставщика, конечно. Ты, кстати, не сказала, сколько тонн и куда поставлять?». И тут Мария сначала плохо выругалась, а потом тихо так, по нарастающей, зашлась хохотом. «Ну, вы даёте. Коммерсанты! Да стакан мне нужен. Стакан купороса. Ремонт у меня. Понятно? Потолки белить буду!». Теперь уже разобрало и нас. И дружно хохоча, мы машинально переместились в кухню. «Ну, а что у нас тут вкусненького, у коммерсантов?», - Маара с вожделением Открыла холодильник. И добавила : «Всё ясненько. Время обеденное – будем готовить». В тот день мы с Маркой изобрели наше фирменное блюдо - жаркое «Шок». Картофель мы сделали по-болгарски, рецепт шашлыка придумали экспромтом, а разносолы сами попросились в тарелку. Марка опять служит театру. Хоть мы и рядом, но почти не встречаемся. Ей всегда некогда. Вот такая она – просто Мария, по прозвищу Марка - Купорос.