Жаркое петушки по русски

Вот и наступил Тринадцатый. Год змеи. И встретили мы его со всеми почестями. А он зарылся под ёлку в лапник, поджав свой хвост. И мирно дремал, пока мы зажигали. И бегали вокруг него с топорами, салатами и петардами. И орали тосты, и читали стихи, скинутые на наши мобилы друзьями. И пили шампанское. В ожидании новой мечты, счастья и чудес. И пока желания загадывались, мудрый змей затаился в тёплом печном кармане. Глядя холодным глазом на новогоднее действо, которому не хватало дикости. Тайной сущности вещей. И необычайности. Было время, когда гороскопы с китайскими зверушками и новые пути к себе были не познаны. И тогда, по причине наивности, чудеса были чудесней. Случайности - случайней. И каждый имел себе своё обыкновенное чудо, в которое верил. А необыкновенное чудо всегда вызывало восторг и зависть соискателей. Однажды во времена пожарских котлет и белых ситников. Под Старый Новый год, случилось со мной вот что. Звонит мне приятельница Нино и просит: «Спасай. Беда у нас. Колокольчик родню привёз из Тбилиси. Еды много, и родственников… много. Старый Новый год гулять будут». Колокольчик – это грузинский жених Нино. Заза. Почему Колокольчик? Объясню. В то время мы с Нино работали в Бюро по патентам и изобретательству МПС (мин-ва путей сообщения), что в Басманном переулке. Куда Заза звонил по сто раз на дню. Из Тбилиси. Как-то куратор Сысоев читал нам вслух очередное письмо от изобретателя N. Сумасшедший новатор предлагал разместить в поездах урны-плевательницы. И, непременно, на уровне глаз. Для безопасности пассажиров. И прилагал чертежи с расчётами полёта плевка при сквозняке и без. И, пока мы ржали, снова позвонил телефон. После чего Сысоев сказал: «Опять Колокольчик, чтоб век ему без плевательниц ездить». Так Заза стал Колокольчиком. А, надо сказать, что Нино свои полные 28 лет прожила с мамой, лучшей акушеркой города. Как на кондитерской фабрике им. Бабаева. Сладко. И замуж не рвалась. Но Колокольчик приехал в Москву работать. Получил квартиру. И сделал Нино предложение. И открылось страшное. Нино магазины презирает и готовить не умеет. Разве что картошку и яйца. И те - вкрутую. Зазу это не смутило, и он сказал: «Настоящий джигит сам может всё». И научился готовить пельмени. Но через месяц дух горца захотел настоящей еды. И Заза уехал на Кавказ. В то время огромные очереди счастливых «товарищей» стояли в очередях за сосисками, докторской колбасой, сыром, курами и даже яйцами. Так, что еды много не было. Ни в магазинах, ни в холодильниках. Колокольчик вернулся, и еды у Нино стало много. Дух восточного базара ждал меня уже в подъезде. А в ванной - «50 тушек» синих петушков. В кухне, глядя на огромные куски мяса, мечта моя осознала: «Так вот ты какой, коммунизм». Розовая мякоть свинки источала первобытный запах добычи. И добычи этой было тоже много. Пугало одно – добыча была в пути слишком долго. Ещё час и грянет реанимация. В гостиной повеяло осенью. Диван был покрыт увядающим ковром трав. И капельки воды пытались оживить нежные листочки. Лишь для кувшинов с вином и чачей дальний путь был фигней. Только градус повысил. Боевой эскадрон ждал команды. «Тоже 50 литров», - посчитала Нино. Дух грузинских разносолов погасил «смутное» в деревянных бочонках. Вдохнёшь, и слюну пробивало сквозь щёки насквозь. Перец, помидоры, черемша, фаршированные баклажаны и многое другое наводили на мысль – гулять будем всей улицей, где живёт наш джигит. А в стеклянных баночках на полу притаилась сырая аджарская аджика. Она краснела невестой. И звала к похищению. А ещё корзины с хурмой, гранатами, мандаринами, чучхелой. И коробка яиц. «Ну, просто «гамарджоба» какая-то», - вырвалось из моей души. Да простят меня грузины. И грузинки. Пусть продлит Господь их дни. И укрепит наше терпение на всякий день. Ибо сын Кавказа жил без холодильника. А погреба у него не было. И балкона на первом этаже не было. Вместо холодильника за окном висела сетка-авоська с видом на качели. Её, авоську, систематически подрезало дворовое ворьё, которое и мокрое бельё с верёвок тоже пиз-ило. А, если вывесить на мороз центнер мясного, придётся брать отпуск и охранять посменно. Пока мы решали, что делать, позвонил Колокольчик. Злодей спросил, как у нас дела, и нырнул в ГУМ. Уже через час квартира напоминала мясокомбинат. В большой таз мы поместили отбитые тушки петушков в чесноке, соли и перце. На них гнётом стояло эмалированное ведро с маринованной свининой. В луке, уксусе и чёрном перце. Типа, шашлыка по-московски. Остальную свинку мы уложили в бак и отварили с солью. Обваляли её в специях и уложили в тот же бак. Мы с Ниной решили всё делать по-грузински. Для укрепления дружбы. Двух народов. Но ещё два десятка синих курей были не освоены. Как в наши дни бюджетные деньги. Наше желание удивить грузинов опередило разумное. И мы решились на любимую куриную еду всех грузин. Короче, кто из нас не был в «Арагви»? Сациви ели все. Мы порезали петушков на кусочки, отварили в малой воде. Вбили десяток желтков в бульон, смело накидали разных трав и пряностей. Пригубили варево, и стало ясно. Истина где-то рядом, и сациви промчалось мимо нас со свистом. А мы получили на ужин обычное рагу - петушки по-русски. И мудрое решение вкусить чачу. Оставалось-то плёвое: дождаться гостей. Так всё и случилось. А дальше со мной начались чудеса. Как пришли гости - помню. Как женщины варили кофе - помню. Как ели и хвалили - помню. Как пили, закусывали фруктами, и почему-то осетровым балыком - помню. Запах кофе и мандарин. Тосты за Новый старый помню. И аромат зелени в лаваше. И Нину, и смех Колокольчика. И как пели русскую народную песню Сулико. Помню. А как дома очутилась – нет. На полу стояла бутыль грузинского вина, и много еды. А ещё записка: «С Новым Годом». В тот же год Нино бросила Колокольчика. И вышла замуж за вратаря нашей сборной по хоккею. С которым познакомилась ещё в песочнице. Они и теперь живут счастливо в своём коттедже, где-то рядом с нашим Толстопальцево. Где у нас с мужем – просто дом. И своя куриная фермочка. С несушками и петушками. Из домашних петушков я делаю жаркое «Петушки по-русски». Рецепт этот я взяла из очень древнего «Журнала для хозяек» за 1912 год. Каждый раз, вспоминая наш первый с Нино опыт в кулинарии. И эту январскую историю.